Как я покоряла Килиманджаро

После довольно-таки удобного перелета с пересадками в Дохе и в Дар-эс-Салааме мы прибыли в Арушу (Танзания), в аэропорт Килиманджаро. Уже вечерело, нас встретил гид, усадил в огромный лендровер и повез в Арушу, для того чтобы мы выспались и на следующий день начали свое первое восхождение на самую высокую гору Африки - Килиманджаро, высотой 5895 м.

Килиманджаро считается не сложной горой для восхождения, поскольку не требуется специального скалолазного оборудования. Существует несколько маршрутов по восхождению: короткие - на три дня, для подготовленных альпинистов, и два варианта длинных (Мачаме и Марангу), для чайников вроде нас. Путь Мачаме рассчитан на 6 дней и пять ночей, с проживанием в палатках, а путь Марангу на 5 дней с проживанием в хижинах. Мы при планировании поездки выбрали путь Мачаме, потому, что хоть он и не считается самым легким, но предполагает большее разнообразие пейзажей и красивых горных видов по сравнению со всеми другими маршрутами.

На восхождение нам полагалось два гида-проводника (по одному на каждого), один повар и 9 носильщиков-портеров. Портеры должны были нести палатки, продукты, стол и стулья, посуду, спальные мешки и матрасы, а также вещи, которые нам не нужны при переходах из лагеря в лагерь. Уж не знаю, зачем нам на двоих было столько народа, но там такие правила. Гора Килиманджаро является национальным заповедником, поэтому костры разводить запрещается. Для приготовления еды портеры также несли баллон с газом. Все это они тащили в огромных мешках на головах с удивительной легкостью, и быстро уходя вперед.

День первый

Утром мы поехали к подножию Килиманджаро. Восхождение начинается с высоты 1490 м, от ворот Мачаме. Здесь мы встретились с нашими гидами-проводниками, зарегистрировались в книге посетителей. Носильщики собирали свои мешки для нелегкого подъема наверх. Пока улаживались какие-то организационные сложности, мы прогуливались вокруг по влажному тропическому лесу. По деревьям прыгала стая голубых мартышек. Они переговаривались между собой, срывали какие-то ягоды с деревьев, чесали друг другу спинки. С дерева на дерево перелетали разные маленькие птички, некоторые даже позировали. Но вот, наконец, гид позвал нас, и восхождение началось. Дорога до первого лагеря Machame camp, расположенного на высоте 3048 м., лежала через тропический лес. Расчетное время от ворот до лагеря 6 часов. Поначалу идти было не сложно, тропа оказалась достаточно пологой. Кроны деревьев уходили ввысь, внизу царил зеленоватый полумрак. В траве росли странные аленькие цветочки с крючком после венчика, название которых я так и не выяснила. В зарослях кричали неведомые птицы и звери. Деревья сплетались над тропой, ветки опутывал зеленый лишайник. Было очень влажно и жарко, на лишайниках выступали капли росы.

Все вокруг казалось таинственным и загадочным. Но вот, дорога стала уходить все круче вверх, и идти стало трудно. Рюкзак становился все более и более тяжелым, стали ныть плечи и спина, и я стала жалеть, что не взяла с собой палки для ходьбы. Наш гид все время предлагал мне свои, но я героически отказывалась. А идти надо было еще долго, часа два-три… Темп ходьбы замедлился, я стала часто останавливаться, чтобы передохнуть и попить воды. Было очень жарко. Теперь мне стало понятно, почему гиды говорили, что не нужно идти быстро с самого начала, чтобы равномерно распределить силы. Близился вечер, и мой муж, который, несмотря на свою не спортивность бодро шагал впереди, стал подгонять меня, чтобы мы успели прийти в лагерь до темноты. В Танзании темнеет около 6 часов, и очень быстро, полчаса - и полная темнота. Собравшись с силами и духом, я кое-как одолела остаток пути, но пришли в лагерь мы уже в сумерки. Поблуждав по лагерю, мы нашли нашу палатку, которую уже поставили носильщики, и я с наслаждением сменила тяжелые горные ботинки на мягкие и легкие кроссовки. Вечером сильно похолодало, температура была около нуля. Носильщики дали нам два тазика с теплой водой, чтобы умыться, и пригласили ужинать. Ужинали в большой палатке, состоящей из двух отделений, в первом спали гиды и часть носильщиков, а во второй поставили накрытый стол и стулья. В качестве освещения была одна свечка. На ужин принесли суп, какие то овощи с картошкой, и фрукты. И горячий чай из термоса! Я так устала в первый день, что все это казалось райским угощением! Но все равно, моя избалованная комфортом и сидячим образом жизни тушка громко протестовала и требовала горячего душа, тепла, постели с чистым бельем… А пришлось на четвереньках залезать в маленькую палатку и прямо в одежде упаковываться в спальный мешок, чтобы согреться и заснуть. Так прошел первый день.

ГАЛЕРЕЯ

Вы можете просмотреть галерею в режиме слайд-шоу, щелкнув по ссылке [View with PicLens]

[View with PicLens]

День второй

Проснулись мы рано, еще до рассвета. Я лежала, спеленутая в мешке, и думала, почему же вне мешка так холодно, и мерзнет нос. Но вот нам в палатку принесли горячий термос с подносом, на котором были расставлены кофе, сухое молоко, сухой энергетический напиток, какао и чай, и жизнь стала налаживаться. Попив кофе, я вылезла из палатки. И обомлела от красоты! На чистом, как слеза, синем небе, какое бывает только в горах, сияло солнце. Вся трава была покрыта инеем, который сиял и переливался в солнечных лучах. Капли росы лежавшие на листьях вечером, превратились в круглые льдинки. А в ветвях деревьев, пели на все голоса, и перелетали туда сюда, сверкая оперением, множество маленьких птичек. Я долго бегала за ними с фотоаппаратом, но снять удалось только одну, зеленую и в белых очках, которая занятая чисткой перышек позабыла о бдительности. Все тяготы прошлого дня были забыты, после завтрака я опять была готова на подвиги, и полна сил. В этот день нам предстояло подняться в лагерь Шира (Shira) расположенный на высоте 3804 м. Переход не длинный, но тропа по всей протяженности идет круто вверх. Гиды посоветовали идти сразу медленно (pole-pole на языке суахили) и экономить силы. Ориентировочно мы должны были дойти до следующего лагеря к обеду. И мы пошли.

Тропический лес кончился, начался кустарник. Мы были уже выше облаков, они остались позади нас, совсем рядом. Сгущались, и ползли по земле за нами, догоняя.
Но мы шли быстрее облаков, они так и остались внизу. Вверху показалась сияющая ледниками вершина Кили. Растительность сменилась кардинально, кругом простирались вересковые пустоши, иногда попадались диковинные цветы. Дорога шла круто вверх, но идти было хоть и тяжело, но уже не так мучительно, как в предыдущий день. Когда проходили мимо затененной скалы, на одинокий цветок вдруг упал луч солнца, который зажегся, как огонек на фоне темного камня… Нужно было подняться на высокую скалу, около вершины которой кружились большие черные птицы, там нас ждал привал. Солнце сжигало лучами, хоть на такой высоте было уже довольно холодно. Но холод не чувствовался. Я наконец согласилась взять палки у гида, потому что идти вверх на своих двоих было уже невмоготу. Pole-pole, тихо-тихо, мы дошли, наконец, до вершины скалы. Некоторые группы восходящих там обедали. Рядом кружили черные большие птицы, которые оказались белошейными воронами, хозяевами Килиманджаро. Они гордо сидели на камнях, парили в восходящих потоках, и громко каркали. Потом они следовали за нами по всему маршруту, из лагеря в лагерь, подбирая остатки после завтраков и ужинов. Их сопровождали маленькие коричневые птички, которые тоже были с нами до конца.

Передохнув, попив водички и перекусив орехами, захваченными с собой из Москвы, мы пошли дальше. Растительность сменилась опять, земля была покрыта зарослями вереска, и белых цветов, сухих как бессмертник. Но, не смотря на сухие лепестки, эти цветочки закрывали свои чашечки ночью, и открывали их утром вновь, навстречу солнцу. Стали появляться странные растения лобелии, похожие на капусту. Как позже выяснилось, они вырастают в большие столбики, увенчанные цилиндрической кипой листьев. А если заглянуть между листьями, то можно обнаружить фиолетовые цветочки. Часа в четыре мы добрались до лагеря Шира. Лагерь располагался на большом плато, заросшем бессмертниками и лобелиями. Среди зарослей тут и там были живописно разбросаны черные валуны из застывшей лавы, когда-то выброшенной вулканом. За плато, открывался вид на бесконечность, устланную пушистыми облаками. К вечеру облака все же догнали нас, и весь лагерь погрузился в мистический туман. Во вспомогательных палатках готовили ужин, вокруг палаток кружились вороны, прыгали коричневые птички, и еще добавились голуби. Даже удивительно, что голуби смогли добраться до такой высоты!

На камнях росли красивые красные ползучие растения, которые в закатном солнце напоминали роскошный ковер. Закат разгорался. Сухая трава окрасилась в теплый желто-оранжевый цвет. Хоть было холодно, но равнина, покрытая сухой горной растительностью в этом закатном солнце создавала ощущение тепла. Было тихо и величественно… Но вот, солнце село, нас позвали на ужин. Поскольку в темноте в лагере делать было совсем нечего, мы залезли в ставшую уже привычной палатку, и закутавшись в спальные мешки сладко заснули. А ночью я проснулась, и выглянула из палатки. Небо было чистым и бархатно-черным, и по нему, крупными сверкающими брильянтами были щедро рассыпаны звезды! Так близко, что, казалось, можно было дотянуться до них рукой! Где-то далеко внизу виднелись огни города Моши...

День третий

Утром, проснувшись в бодром расположении духа и позавтракав, мы двинулись в путь. Путь составлял 10 км и проходил через Лавовую Башню высотой 4500 м, где предполагался привал и обед, и потом спуск в лагерь Барранко на высоте 3950 м. В третий день восхождения маршрут с подъемом и спуском сделан специально, чтобы было время адаптироваться к высоте и разреженному воздуху.

Первая часть пути пролегала по каменистому плато. Растительность быстро кончилась, повсюду виднелись куски застывшей лавы, заросшей космами оранжевых лишайников. Кое-где, под валунами жались островки желтых цветов и бессмертников. Камни, порой принимали причудливые формы, например, лежачего верблюда. Дул сильный холодный ветер, хорошо, что проводники посоветовали одеть теплые шапки. Но при этом небо оставалось безоблачным и солнце сияло во всю свою мощь. Тропа шла вверх достаточно полого, идти было легко и весело. Впереди сияла ледником в виде запятой вершина Кили.
Мы спросили у гидов, почему вершина Килиманджаро не покрыта ледяной шапкой, как нарисовано на картинках и изображено на рекламных открытках. Потому, ответили они, сейчас сухой сезон и ледники тают. Но в январе и феврале, сезон дождей, и вершина вновь покрывается снежным покровом. Самое лучшее время, когда можно увидеть покрытую снегами Кили - это март.

Но вот, тропа стала уходить вверх все круче, а силы иссякать. До Лавовой башни я уже дошла  не помню как. Высота дала о себе знать, и у меня жутко разболелась голова. Место было неприветливым, сплошь камни да пыльная земля, никакой растительности. Все таки 4500 м. Нас уже ждали с обедом, столик был накрыт. Я села на раскладной стульчик, но голову так сжимала тисками боль, что я даже не могла ее поднять. Вот она, горная болезнь, здравствуй, тупо билась единственная мысль в голове.  Мне была срочно вручена порция пенталгина. Через какое то время стало лучше. После обеда стало еще лучше, и я уже с удовольствием наблюдала за воронами, бессменными провожатыми экспедиции, и скромными чеканами, которые, потеряв всякий стыд, прыгали прямо под ногами собирая крошки.

Вторая часть пути до лагеря была приятней, потому что мы спускались, и стала опять появляться растительность. Появились растения Сенеции (Dendrosenecio kilimanjari) похожие на гигантские кактусы. У этих растений листва никогда не опадает, просто отжившие свой век листья слой за слоем накладываются друг на друга. Гид Джон позвал меня показать водопадик, шумевший недалеко от тропы. Вода падала, и сразу замерзала в ледяные сосульки. Увлекшись фотографированием, я поскользнулась  и упала на камни рядом с обрывом. Собственно на этом инцидент бы и закончился, но муж решил, что я падаю в пропасть, и прыгнул на меня, придавив к острым камням, из-за чего я содрала кожу на ладони и чуть не разбила фотоаппарат.  Переведя дух от полученного потрясения, мы вернулись на тропу, окруженную по обеим сторонам диковинными сенециями и продолжили путь. Наконец то вдалеке показался лагерь! Этот лагерь Барранко, наверно самый живописный из всех. С одной стороны сверкает снегами величественная Кили. С другой – склон, заросший высокогорной растительностью, а под ним облака, как взбитая пуховая перина. Справа возвышается стена Барранко, на которую нам предстояло взобраться на следующий день.   Красота, да и только! Налюбовавшись горящими в закатном солнце ледниками, мы уставшие и счастливые поужинали,  закончили на этом третий день.

ГАЛЕРЕЯ

Вы можете просмотреть галерею в режиме слайд-шоу, щелкнув по ссылке [View with PicLens]

[View with PicLens]

День четвертый плавно переходящий в пятый

Программа 4-го дня состояла в том, чтобы добраться до штурмового лагеря Баррафу, на высоту 4600 м. Переход в 8 км по графику должен был занять 8-9 часов. В Баррафу нас ждал ужин и короткий сон, для того, чтобы проснувшись вечером в 23:00 и попив чаю с печеньем, в полночь отправиться на последний штурм Кили - до пика Ухуру (5895 м). А потом спустившись и передохнув пару часов в лагере, начать спуск с горы.

Собрав вещички, мы отправились выполнять эту непростую программу. Сначала нужно было вскарабкаться на скалу, называемую стеной Барранко,  которая шла почти отвесно вверх. Хоть эта часть пути считается одной из самых сложных и опасных, не могу сказать, что сильно устала. Было даже весело перелезать со ступени на ступень довольно таки широких уступов скалы. Лагерь остался далеко внизу, вместе с облаками. Штурм скалы занял примерно 2 часа. А когда мы преодолели стену Барранко, и ступили на ровную поверхность плато, сердце сжалось от восторга. Прямо перед нами вершина Кили предстала во всей своей красе. Светило яркое солнце, и ледники сияли так, что было больно смотреть. С другой стороны раскинулся облака, как безбрежный и волнующийся океан. В этом месте я точно поняла, что не зря я мучилась все эти 3 дня, и уже не важно, что будет потом. Дойду я до конца или нет,  эта ослепительно сияющая вершина Кили на фоне сапфирового неба навсегда останется со мной.

Пока мы отдыхали, я опять пообщалась с белошейными воронами, которые нагло каркали мне в лицо. А потом мы пошли дальше.  Дорога шла по каменистому плато. Растительности уже почти не было. Только кое-где торчали канделябрами гигантские сенеции. Идти предстояло долго. Когда уже сил почти не осталось, наши гиды радостно сообщили: привал и обед совсем скоро, необходимо только перебраться через каньон. Это означало, что нужно спуститься круто вниз, полюбоваться последней растительностью и последней речкой, и подняться также круто вверх. Сказано-сделано. Наконец-то мы в месте привала, ура! Можно бухнуться на раскладной стульчик и вытянуть ноги. Пока мы обедали, я смотрела на взбитые облака, плывущие над обрывом, и фигурки людей на фоне этих  облаков. И думала, то ли я уже в раю? Очень странное чувство. Но это была самая настоящая реальность, потому что обед закончился, и надо было идти дальше.

Следующий подъем был сначала долгий и нудный, около 2-х часов, а потом опять начался крутой взлет. Растительность кончилась совсем, остались только стойкие желтые цветочки, разбросанные тут и там среди мертвой пустыни. В лагерь мы пришли совершенно измотанные около 5 часов вечера. Лагерь представлял собой унылое зрелище голых камней, между камней были пристроены палатки. Дул жуткий ветер. Между камнями бегали полосатые мыши. Обычно, в этом лагере все чувствуют проявления горной болезни - сильную головную боль, тошноту, слабость. Я ничего такого не ощущала, голова, правда болела, но слабо. Облака в закатном солнце устроили короткое световое представление, и все погрузилось во тьму. Мы поужинали, и залезли в палатку в 8 вечера. Через 3 часа предстояло вставать. Я расслабилась и закрыла глаза, но сон не шел. Подремать наверно удалось около часа, я проснулась незадолго до 23:00. Снаружи бушевал ветер, и было впечатление, что о внешние стены палатки стучат тысячи песчинок. Закралась предательская мысль, что поднялась песчаная буря, и по техническим причинам восхождение отменят. Но нет, нас пришли будить, и мы, одевши на себя все теплые вещи и светя фонариками, вылезли из палатки. Никакой песчаной бури не наблюдалось, ветер тоже был не таким сильным, как казалось внутри палатки. Мы пошли в нашу обеденную палатку пить чай и витамины. Подошли гиды и провели последний инструктаж. На этом восхождении мы должны были идти налегке, без рюкзаков. Хотелось уже поскорей его начать, чтобы поскорее закончить, но гиды все не звали нас. Я уже начала нервничать и злиться. Но вот, наконец-то и мы пошли. Тьма кругом кромешная, мы идем цепочкой друг за другом, светя вперед налобными фонариками, впереди старший гид Джон, потом я, за мной мой муж и замыкает процессию гид Майк. Идти предстояло 6-7 часов до вершины кратера называемого Stella Point, и потом (кто сможет) до самой высокой точки кратера Uhuru pick. (пик Ухуру), который как раз и есть 5895 м, самая высокая точка Африки. Тем, кто дойдет до Стелла Пойнт, дают зеленый сертификат, тем то до пика Ухуру – золотой.

Идем медленно, экономим силы. Впереди и сзади виднеются цепочки огоньков фонариков таких же сумасшедших. Первые два часа идем в ритме, почти не останавливаясь передохнуть. Тропа очень крутая, пологих участков нет. Но на третьем часу я стала чувствовать что-то не то. Во-первых, появилась ужасная жажда. Вода помогала всего лишь на одну минуту, потом опять сводило судорогой гортань так, что было невозможно дышать. Ноги стали вести себя как-то странно. Вроде я ставлю ногу прямо, а она уходит куда-то вбок, приходится, опираясь на палки ловить прямое положение. Я стала часто останавливаться. Джон не разрешал это делать, говорил, что надо идти, пусть очень медленно, но идти, потому что если сесть, то из-за холода и усталости уже не встанешь. Хорошо, я медленно-медленно передвигаю ноги. Шаг за шагом. Шаг за шагом. Но ноги не слушаются, все время заносит. И ужасная жажда. Вот так может проявляться горная болезнь!

В четыре часа утра я, поинтересовавшись сколько еще идти, и услышав ответ 2 часа, поняла, что дальше двигаться не смогу. Предприняв героическую попытку сделать еще несколько шагов вверх, и упав, я решила спускаться в лагерь. Сил идти наверх просто не было. Муж пытался протестовать и всячески подбодрить меня, но я поняла, что если пойду дальше, то добром это не кончится: либо потеряю сознание, либо упаду и сломаю ногу.   Мы решили разделиться, муж с Джоном идут дальше, а я с Майком иду вниз и жду их возвращения в лагере.

Как шла вниз помню плохо. Поскольку вверх от лагеря я ушла довольно таки далеко, то и спускаться надо столько же. Но вниз идти все-таки легче. Смутно помню, что черное небо прорезала оранжевая полоса рассвета. Что краски на небе были непередаваемо красивыми, и рассветное  представление, разыгравшееся на небе трудно с чем-нибудь сравнить. Но сил  не было даже на то, чтобы все это сфотографировать, единственное желание было  добраться до палатки. А лагерь был чертовски далеко, и я все шла и шла, автоматически переставляя ноги. До палатки добрались, когда солнце уже сияло, наверно часов в семь утра. Я на четвереньках залезла в свое маленькое убежище и мгновенно отключилась от реальности.

ГАЛЕРЕЯ

Вы можете просмотреть галерею в режиме слайд-шоу, щелкнув по ссылке [View with PicLens]

[View with PicLens]

День пятый

Проснулась я часа через три. Забеспокоилась где мой муж, он должен был, по идее, уже спуститься. Вылезла из палатки, побродила по лагерю. И вдруг, подняв глаза, обнаружила своего благоверного стоящего на верхнем уровне лагеря. Выражение лица было отсутствующим. «Ура, ты вернулся!» - заорала я. «Ну, как там? Ты смог?!»  Он спустился к палатке, и сказал «Это был ужас. Очень трудно. И делать там нечего». Потом, отдохнув, он рассказал, что после моего ухода, решил не смотреть на время и  вверх - на все не приближающуюся вершину, а просто тупо шагать вслед за Джоном и считать шаги. Насчитав 1800 шагов, он все-таки посмотрел вверх. Вершина оставалась там же. Дальше, по его словам он уже плохо помнит, как все было. Но все-таки сделал несколько кадров на вершине.

А я, глядя на эти фото, завидую и жалею,  что не смогла дойти вместе с ним до конца. Но обязательно дойду в следующий раз!

Несмотря на бессонную ночь в этот же день нужно было начинать спуск - спуститься сразу на 2800 м. в лагерь Мвека, расположенный на границе тропического леса. Переход по плану занимал около 7 часов. Перекусив, и собрав вещи, мы двинулись. Удивительно было наблюдать меняющиеся растительные зоны. Унылая каменистая пустыня стала оживляться редкими цветочками и кустиками. Потом вдалеке появилась зеленая граница, как будто кто-то провел черту. Это начиналось царство древовидного вереска (Erica arborea) и цветущего кустарника, эндемичного для Килиманджаро, Протеи килиманджарской  (Protea Kilimandscharica) с большими желтоватыми цветами. На цветах кормились ярко-зеленые нектарницы.

Где-то там я стерла вконец ноги. По тропе - неровной, каменистой и достаточно крутой, идти было трудно. Я чувствовала себя русалочкой из сказки Андерсена, идущей по острым ножам. Но вариантов не было, а лагерь был далеко. Майк глядя на мое ковыляние, по-джентельменски забрал мой рюкзак, прицепив его к своему, и так неподъемному. Дышать стало легче, воздух становился заметно более влажным и теплым. Даже удивительно, что мы так долго шли наверх, а спустились за каких-то несколько часов.

Когда лагерь был в паре километров, боль в ногах стала невыносимой.  Даже не могу передать, какое счастье я испытала, когда наконец получила возможность снять эти ужасные тяжелые ботинки! Лагерь располагался в живописном горном лесу, заросшем цветами и наполненном пением птиц. После мрачных камней и холодного ветра это был настоящий рай!

Нам предстояла последняя ночь в нашем походе. Было немного грустно.  Грустно расставаться с привычной уже палаточкой, с нашей командой, и конечно с этим,  хоть и суровым, но волшебным местом.  Мы решили, что когда-нибудь обязательно вернемся сюда еще раз, и дойдем до вершины вместе.

День шестой и последний

В этот день описывать уже почти нечего. Нужно было спуститься 10 км по хорошо утоптанной и некрутой тропе, пролегающей по прекрасному тропическому лесу. Мы весело шагали, любуясь буйной растительностью. Светило солнце. Довольно скоро стали появляться дети, нарезающие ножом траву для скота. Они кричали нам «Джамбо!» («Здравствуйте» на суахили) и просили шоколад. К сожалению, нам нечем было их угостить. Болтая с гидами, мы незаметно подошли к воротам. Посовещавшись, гиды сообщили, что скажут в регистрационном бюро, что мы оба дошли до вершины, и заслужили золотой сертификат. Хоть я и протестовала, они сказали, что я молодец и сделала все что смогла, поэтому сертификат мне необходим.

Около ворот собирались потрепанные восхождением туристы. Я заметила группу американских студентов, с которыми мы все время пересекались на восхождении, и которые были очень оживленные и полные энтузиазма в начале. Пели песни хором, шутили. Теперь они песен совсем не пели, а понуро брели по одиночке, запыленные и бледные. Одна девушка шла прямо в носках, держа ботинки в руке. Другая пробормотала себе под нос « I will sleep forever» (я буду спать вечно). Вид этих студенток меня почему-то порадовал.

Потом за нами приехал микроавтобус, мы с гидами и поваром погрузились в него, поехали на прощальный обед в город Моша. За обедом Джон гордо показывал нам свое удостоверение гида, и рассказывал, как сложно получить его. Сначала нужно поработать портером, потом поваром, потом помощником гида. Затем нужно сдать экзамены по флоре и фауне  Килиманджаро, чтобы рассказывать туристам, что есть что. И все это для того, чтобы получать зарплату в 12 долларов в день, и то, когда есть туристы.  В основном, конечно, они живут за счет чаевых. После обеда нас отвезли в Арушу, в наш отель, где наконец-то можно было принять горячий душ!

Восхождение закончилось, но нас еще ждали три удивительных дня сафари в национальных парках Танзании, и четыре  волшебных дня на Индийском океане.

P.S.
Приехав в гостиницу и смыв с себя килиманджарскую пыль, мы вовсе не завалились спать. Душа требовала продолжения! Я спустилась во внутренний двор отеля, украшенный разными деревянными скульптурами животных. Венчала скульптурную композицию большая статуя леопарда. А сбоку статуи нашел себе убежище совершенно живой рыжий котенок! Он как настоящий дикий леопард прятался в зарослях, и отважно шипел на меня. Потом выяснилось, что котят под прикрытием «большого брата» прячется двое. Мамы я так и не увидела.

Разгорался роскошный африканский закат. Путешествие продолжалось!

ГАЛЕРЕЯ

Вы можете просмотреть галерею в режиме слайд-шоу, щелкнув по ссылке [View with PicLens]

[View with PicLens]

Елизавета Кирина

фото автора