Корея: русалки и зеленые карлики острова Чеджу-до

Апр 2 • Мы там были • 2015 Просмотров • Комментариев к записи Корея: русалки и зеленые карлики острова Чеджу-до нет

1 Star2 Stars3 Stars4 Stars5 Stars (No Ratings Yet)
Loading ... Loading ...
Южная Корея, остров Чеджу

Южная Корея, остров Чеджу

GISMETEO: Погода по г. Чинджу

От хандры на Остров Мифов

Авитаминоз и депрессия на почве мучительного ожидания весны превращали меня в сущую мегеру.  Казалось, еще немного, и я  сживу со свету своих домочадцев. Но судьбе было угодно их пощадить, отправив меня в Страну утренней свежести. Попутным  ветром меня занесло в Корею, где я провела «Волшебную неделю» — так назывался специальный  тур, организованный компанией «Korea travel». Эта  южнокорейская фирма, называвшаяся ранее «Питер-Тур», более десяти лет работает в Санкт-Петербурге, принимая своих соотечественников на берегах Невы.  Оперативно сколоченная группа из тридцати человек стала первопроходцами – нас заслали с ответным визитом на корейский полуостров.

Едва прилетев в аэропорт  Инчхон – один из крупнейших в Корее — мы тут же вылетели на остров Чеджу (Cheju-do). Этот южный остров вулканического происхождения — излюбленное место отдыха самих корейцев: сюда они запросто летают отдохнуть на выходных.

Облюбовали «корейские Гавайи», как называют здесь остров, и молодожены – после заключения брака они проводят здесь медовый месяц: вернее,  неделю. Ни при каких обстоятельствах сегодня корейский работодатель не позволит сотруднику надолго отойти от дел.  Чтобы не лишиться места, в этой стране надо быть трудоголиком. По сути, рабочий день заканчивается в шесть вечера, но ты вынужден сидеть лишних два-три часа, дабы заработать хорошую репутацию у шефа. Он, конечно, не запрещает уходить домой вовремя, но и не приветствует такой пунктуальности, а значит вскоре ты можешь пополнить армию безработных. Опять же,  официальный обед  на предприятиях и в офисах — час, сотрудники же укладываются каким-то образом в  15-20 минут.

Корейское трудолюбие и усердие – это отдельная песня,  а пока самое время  наслаждаться  экзотической природой острова Чеджу. Мягкий морской климат, уникальная природа и вулканические ландшафты создали Чеджу имидж самого романтического тропического острова.

 

Женщины моря зажигают

Одни называют Чеджу цитрусовым Островом – только здесь вызревают мандарины, они повсюду и очень вкусные. Величают его также Островом камней и Островом мифов, а еще он известен как Остров гурманов. Здесь можно полакомиться  жареной рыбой-саблей и печеными ракушками «обунчак», похлебать супчик с морской капустой и икрой морских ежей. Все эти деликатесы со дна морского достают местные «русалки», так называемые  ныряльщицы хенё. («Хе» – по-корейски «море», а «нё» – «женщина»). Нынешние морские женщины, мало  похожи на русалок — разумеется, хвостов у них нет, и они не молоды – им всем далеко за пятьдесят. О давно заслуженном отдыхе они могут только мечтать, нет достойной смены. Сегодня никто не хочет заниматься этим опасным и требующим отменного здоровья промыслом. До сих пор хенё, следуя традиции, ныряют на большую глубину без акваланга – только маска, ласты и корзина для улова. Правда, теперь они могут себе позволить гидрокостюмы, а уши, чтобы не лопнули барабанные перепонки, затыкают  жвачкой «Орбит». В старину ныряльщицы одевали полотняные рубашки, прошитые с двух сторон, как обычный  мешок. Приходилось их сушить на берегу, у костра.

Прогресс и новые технологии постепенно вытесняют традиционное искусство хене, хотя и делается многое, чтобы сохранить его как уникальное явление. Правительство поддерживает  ныряльщиц, наложив вето на  добычу морепродуктов с помощью аквалангов. На откуп хенё отданы практически все рестораны сырых морепродуктов острова Чеджу. Многие корейцы специально приезжают сюда, чтобы попробовать деликатесы, добытые  местными «русалками» с  морских глубин.

Нам посчастливилось увидеть хене во время прогулки на круизном теплоходе. Загорелые, крепкие старушки всю дорогу о чем-то беззаботно щебетали. Когда же аниматор пригласил всех на танцпол, пенсионерки-ныряльщицы бросились первыми «зажигать»  публику. Многолетние водные процедуры настолько укрепили их, что они дали фору молодым конкуренткам: те вскоре отползли  в сторонку отдышаться, а «русалкам» хоть бы что!

Не путайте «Бонсай» и «Банзай»

«Банзай» — это  всего лишь японское приветствие,  которое, хотя и сходно по звучанию, но ничего общего с  искусством выращивания карликовых деревьев не имеет. До посещения парка Пундже Артпия я также могла спутать эти два слова, а к зеленым карликам была  равнодушна: забавные они и только. Прогуливаясь по саду бонсаев, проникнутому  тайной и символикой, я сделала робкие попытки постичь восточные премудрости. Тем более, что в этом здесь всегда готовы помочь.

— «Бонсай — не просто набор операций по выращиванию миниатюрного дерева в сосуде. Это целая философия, требующая от человека определенных личностных качеств: справедливости, мудрости и деликатности, —  начинает свой рассказ местный гид. Гостям парка объясняют также  определенные правила любования экспонатами музея. Если человек стоит, как столб и болтает, то у него нет никакого понятия о бонсай,  — считают здесь.   Рассматривать надо каждое деревце снизу вверх, слегка пригнувшись, только в таком положении вам откроется скрытый философский смысл. Но постигнуть его можно , лишь соблюдая три правила: первое — не трогать его, потому что бонсай тяжело переносит температуру человеческого тела, от частых прикосновений дерево даже может погибнуть.  Второе – не спрашивать о цене, ведь бонсай это искусство жизни, создаваемое временем, а оно бесценно. И последнее — не судить наобум: если человек не специалист, он не сможет адекватно оценить бонсаи —  воплощение мыслей и труда своего создателя.

Вооружившись теорией, начинаю постигать оригинальность и особую красоту изогнутых по прихоти природы «малюток».  Вот передо мной корейский можжевельник. Ничего общего, я вам скажу, с российским аналогом. Серебристые ветви словно извиваются в каком-то восточном танце. Внешний вид этого экспоната, как мне объяснили, формировался в течении  десяти лет при помощи проволоки, специальных  трубок, а также бамбуковых подпорок. Этот процесс можно сравнить с исправлением прикуса в стоматологии: когда твою челюсть сковывают брекетами, чтобы придать ей нужную форму.  Может цель и оправдывает средства. Но страшно представить, какие муки  испытывал ни в чем не повинный можжевельник, опутанный проволокой, как Лаокоон змеями,  и припертый бамбуковыми палками. И все это ради одной незатейливой мысли. Она изложена на дощечке, вывешенной перед страдальцем:  «Не значит ли это,  что красота требует времени и создается неторопливо?»  Человеку, далекому от восточных заморочек, коим я и являюсь,  это может  показаться изощренным цинизмом и даже — не побоюсь этого слова — садизмом.

Правда, следующий бонсай немного примирил меня с нетрадиционными методами насилия над природой. Крохотный вяз, добровольно сросшийся с камнем. Он, словно ребенок, обнимающий мать, обхватывает камень  своими ветвями.  Когда-то дерево было маленьким и неприметным, но оно медленно, но верно  растет,  и поэтому композиция будет развиваться и дальше. Точно так же характер человека находится в состоянии незавершенности: его нужно шлифовать и шлифовать до самой смерти. Вот с этим спорить не стану.

В саду бансаев отдают предпочтение тиссам. Это мощное дерево живет тысячу лет: в борьбе за выживание тиссы на протяжении всего времени все глубже укореняется  в землю.  То, что быстро растет, — считают восточные мудрецы, — то  и быстро падает. Точно так же, как долгожители-тисы,  этот сад, создаваемый десятилетиями,  будет жить долго и переживет своего владельца.

Кстати, вот и он!  Директор парка Сон–Бон-Ен поприветствовал нас лично. Он всегда, несмотря на свой преклонный возраст — ему 71 год — с удовольствием копошится в саду.  Свою коллекцию бонсаев он начал собирать задолго до того, как появилась возможность купить землю. Уже на собственном участке гомподин Сон–Бон-Ен в течении сорока лет создавал пейзаж сада, который сегодня  поражает своей изысканной красотой, до мельчайших подробностей продуманной композицией.  Многочисленные туристы со всего мира приезжают полюбоваться  этим уникальным  музеем природы. На вопрос, приносит ли  доход его хозяйство, старик, слегка подумав,  отвечает: «На хлеб хватает. Мне важнее отыскать лицо своей души в процессе жизни, и в этом  помогает мой cад».

Венера Ким

фото автора

Похожие Записи

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

JSantispam

В Вашем браузере отключена поддержка JavaScript! Для корректной работы Вам необходимо включить поддержку JavaScript и обновить данную страницу.

« »